Артпроект - Главная
о фондепроектыжурналыиздательствоконтакты
Русская версияEnglish version

 Артпроцесс

 
21.11.2011

Медведи в Бутовском лесу

Феномен public art в последнее время всерьез заинтересовал российскую художественную общественность.

Свидетельство тому – интенсивное развитие программы «Спальный район» (в сентябре–октябре прошла очередная выставка этого цикла, в Южном Бутове). По итогам прошедших акций накопилось много материала для дискуссии, для открытого и широкого обмена мнениями. И такая дискуссия, под названием  «Новые артпространства в спальных районах мегаполиса», состоялась на минувшей неделе в Государственном центре современного искусства.

Своеобразным эхом прошедших проектов цикла «Спальный район» стала развернутая в зале ГЦСИ мини-экспозиция с избранными работами, демонстрировавшимися в парке Южного Бутова, – в частности, деревянными книгами из «Библиотеки строителя» Михаила Погарского и сотоварищи.

О необходимости подвести некоторые промежуточные итоги и наметить перспективы дальнейшего движения сказал в кратком вступительном слове один из кураторов проекта Юрий Самодуров. По его мнению, перспективы у программы… нерадужные (далеко не все участники дискуссии согласились с таким пессимистическим прогнозом).

Впрочем, локальные трудности у программы случались на всех ее этапах. На то он и public art, чтобы удивлять, провоцировать и вызывать непонимание у закоренелых приверженцев старого, «проверенного» искусства. Куратор программы «Спальный район», художник Марина Звягинцева рассказала о проблемах, возникавших при проведении выставок в стенах школ. Многие педагоги, по ее словам, «имеют превратное представление о современном искусстве». Несколько директоров отказались предоставить художникам свои школы для экспозиций. В итоге удалось провести выставки в школе №45 г. Люберцы и московском Центре образования №109, где директор – заслуженный учитель России Евгений Ямбург. И все же это начинание стало большой концептуальной программой, а не осталось одиночной акцией.

Мнениями по теме дискуссии поделились куратор одного из проектов Наталья Гончарова, завуч люберецкой школы №45 Ирина Вартанова, художники Татьяна Кострикова, Владимир Смоляр, Олег Татаринцев и другие. Любопытно, что среди выступавших не оказалось ни одного искусствоведа, хотя в зале представители этого цеха присутствовали. Зато активно и в широком диапазоне муссировались социологические аспекты таких выставок. Говорили о привлечении к творчеству детей из местных школ и лечебно-реабилитационных учреждений, о вопросах сохранности авторских работ. По мнению одних выступавших, проект выявил некоторые болезненные черты нашего общества: например, неизбывную страсть к разрушению (в Бутове особенно пострадала инсталляция Александра Петлюры «Дерево жизни»). Другие участники, напротив, утверждали, что их произведения специально создавались с расчетом на активное воздействие «человеческого фактора»: подобные нападения, мол, несут в себе элемент интерактивности и как бы «испытывают искусство на жизнестойкость». К примеру, объекты Сергея Чернова выполнены из металла, «однако крепкие бутовские парни их все равно погнули», не без удовлетворения отметил художник.

О взаимодействии художественных активистов с местными властями говорил глава муниципалитета «Южное Бутово» Сергей Кулаков. «Мне хотелось сделать в районе то, чего нет больше нигде в Москве, – заявил чиновник. – Кроме того, благодаря этой выставке многие художники и журналисты впервые побывали в районе, увидели наше легкое метро, просторные бульвары, прекрасный парк». Глава муниципалитета также зачитал некоторые забавные выдержки из писем местных жителей с оценками выставки. Так, одна из пенсионерок жаловалась в управу на то, что художественный объект «Почти Россия» дезориентирует людей, ибо напоминает настоящий почтовый ящик. А кукла в виде медведя-панды (герой экологической акции, посвященной сбору мусора в Бутовском лесу), по мнению некоего политически подкованного гражданина, якобы служила скрытой рекламой одной партии.

Под занавес вечера выступили Евгений Ямбург (он произнес похвальную оду современному искусству, посетовав, что многие его коллеги-учителя чрезмерно консервативны и осторожны по этой части) и архитектор Никита Токарев (он наградил студентов МАрхИ – победителей конкурса «Игродом» на лучший проект Дома творчества в Бутове). А в самом конце вечера оживленный спор вызвала реплика Юрия Самодурова: куратор посетовал, что проведенные выставки не вызвали предложений из школ, районных управ и т.д. о проведении у них новых акций программы «Спальный район». Его оппоненты (в том числе директор фонда «Артпроект» Дмитрий Гражевич) высказали убеждение, что не следует «писать письма» и «ждать милостей от природы», а нужно просто, засучив рукава, делать начатое дело – двигать актуальное искусство в народ, в массы, в спальные районы.

 

В продолжение дискуссии в кафе ГЦСИ корреспонденты Фонда «Артпроект» организовали неформальный «круглый стол», на котором высказались (быть может, немного сумбурно и фрагментарно, зато живо и непосредственно) некоторые художники, кураторы, журналисты. Наиболее интересными нам показались суждения Марины Звягинцевой: – Современное публичное искусство должно делаться по-взрослому. А у нас оно пока делается «с коленки», пребывает в младенческом состоянии. Есть несколько искусствоведов и критиков, которые видят в нашем начинании тенденцию. Остальные делают вид, что этого просто не существует. Мне кажется, выход на улицы несет мощнейшую энергетику. Раньше почему художник шел на улицу? Потому что не хватало художественных институций – мест, где можно выставляться, говорить с коллегами, единомышленниками и т.д. Сегодня ситуация парадоксальным образом поменялась. Художественных институций хватает, даже с избытком, а творческие люди все равно идут на улицы. Я недавно прочитала где-то такое определение: современное искусство не имеет прошлого и будущего. Оно всё живет в настоящем времени. Оно потому и называется актуальным, что оно сегодняшнее, оно «в гуще» нынешних, текущих событий.

Понятие «спальный район» разное у нас и в Европе. У нас в этих районах живут интеллигентные люди, зачастую это бывшие жители центра, чьи старые дома снесли, а им дали новую жилплощадь у МКАДа. Бутово или Жулебино – как раз характерные примеры таких благоустроенных культурных районов. А в том же Париже, например, понятие «спальный район» означает некую криминогенную зону на окраине, где живут иммигранты и маргиналы и где в темное время вообще страшно ходить. Кстати, когда мы делали один из наших проектов близ метро «Текстильщики», там была совсем другая публика на улицах – в основном нетрезвый пролетариат с местных предприятий. Отсюда и столь разный взгляд на public art.

Главный критерий при выборе места для нового проекта – наличие «зоны свободы». Чем дальше от центра, тем больше у местных начальников каких-то непонятных ограничений. Первая школа в Люберцах, которую нам показали, находилась в пафосном здании с колоннами. И там за нами постоянно ходил замдиректора школы и все время говорил: «А здесь в стену гвозди вбивать нельзя…» Ну что тут можно было сделать?

Нас иногда куда-то зовут, говорят: мы видели ваш проект в таком-то районе, нам очень понравилось, сделайте, пожалуйста, что-нибудь похожее и у нас. Готовы предоставить место и так далее. Но при этом они предполагают, что это будет нечто наподобие детского утренника или фестиваля народной песни. То есть ждут от нас какой-то развлекаловки, какого-то шоу. Так что мы сейчас не торопясь и очень придирчиво выбираем, где проводить следующую выставку нашей программы. Да и, честно говоря, хочется сделать что-то совсем новое, не похожее на то, что уже было.

Андрей Мирошкин

Фото Дарья Жмылева

Комментарии

 

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если Вы еще не зарегистрированы.

 
  
       
События
Критика
Проекты
Книжная полка
КультМедиа
Мастерская художника
Арт Трэвел
 

Artproject. г. Москва, ул. Крымский Вал д.8 стр 2 тел.: +7 499 230 37 39
© Copyright 2009-2016 Материалы и фотографии разрешается использовать только со ссылкой наwww.fondartproject.ru

follow artproject on:

Разработка сайта www.krable.com