Артпроект - Главная
о фондепроектыжурналыиздательствоконтакты
Русская версияEnglish version

 Артпроцесс

 
02.05.2014

Ручная работа Резо Габриадзе

Резо Габриадзе — режиссер, создатель Театра марионеток в Тбилиси, сценарист, драматург, живописец, график и скульптор

В статье о Резо Габриадзе театральный критик Марина Дмитревская пишет: «…на вопрос о своих многочисленных “ренессансных” дарованиях Габриадзе отвечает: ”В детстве я любил книгу Вазари о титанах возрождения и только жалел, что в ней нет главы о том, чем станет это возрождение, когда придет в упадок. Вот упадок — это я”». Однако для человека, родившегося в маленьком советском городке в 1936 году, взрослевшего в эпоху упадка всего, а не то что возрождения, во времена уравниловки, серого быта, вечных опасений за свободу и жизнь близких, получился… свободен. Не принадлежит ни к какой школе, ни на кого не похож.

Откуда бы это самостояние? Была свидетелем того, как Габриадзе писал одну из картин. Мы пили чай, и Резо мимоходом спросил: «Ты помнишь великого Тото?» Я призадумалась, а он, схватив обрывок бумаги, обмакнул кисть в баночку с черной гуашью и в два счета нарисовал портрет — страдающие глаза, надломленные, убегающие под черную шляпу брови, длинное лицо, черные баки, трагический рот под тонкими усиками… с минуту Резо рассматривал своего Тото с восхищением. «В Кутаиси был кинотеатр под открытым небом, там после войны до начала пятидесятых шли фильмы с Тото»… Габриадзе ставит подрамник с холстом на мольберт. «Эту картину можно будет назвать так: “Черно-белое кино для разноцветной публики!”»

Он писал почти не останавливаясь два с половиной дня. Каждый день я приходила и снимала на маленькую телекамеру, как холст оживал, как возникали композиция, новые персонажи. На второй, кажется, день работы над картиной выясняется, что почти все собравшиеся в кинотеатре зрители, все мужчины и дамы похожи на Тото! И даже такса — вылитая Тото. У всех черные виски, надломленные брови, тоскующий и страстный взгляд. Только одна прекрасная розовая блондинка рыдает, отвернувшись от экрана, она на Тото не похожа. В глубине зала мальчик Резо, он курит свою первую в жизни папиросу… Он — тоже Тото. Эта картина о великой силе искусства! На выставке в Пушкинском музее она называлась просто «Тото».

Сколько помню Габриадзе, он постоянно что-то делал руками — рисовал на огромных листах ватмана десятки маленьких картинок, старинные школьные перышки летали над ватманом, чирикали и брызгали тушью. Таких листов у него сотни. Он копался в бисере, в серебряной канители, в шелковых и шерстяных тряпочках, в золотом шитье и пуговках, размышляя над костюмами для марионеток. Он мял комочки красной или белой глины, потом выпекал в маленькой печке для обжига своих любимчиков: Чарли Чаплина, или Пушкина, или птичек, или крохотные бюсты друзей… Он покрывал их эмалью и снова ставил в печку. Габриадзе полностью доверял своим рукам. Сам-то он в это время был занят: думал вслух, говорил. Об истории. Об итальянской опере. Об империях и императорах; о Золотой Византии; об эпохе возрождения. Об Иерониме Босхе и Питере Брейгеле-старшем — о том, чем эти художники были для своих современников. «Ты представь себе то время. Весь день идет дождь, ты приходишь вечером домой, зажигаешь свечу, подходишь к небольшой картине, что висит в простенке между темными окнами… И в свете свечи рассматриваешь «ад» Иеронима Босха… Понимаешь?..» Так Резо Габриадзе работал. Ну а много после все сработанное таким образом оказывалось на спектакле в театре, в кино или на выставке. В Тбилиси, Питере, Вашингтоне, Самаре, Осло, Мадриде, Москве… Особенно Габриадзе полюбила Франция — Париж, Дижон, Авиньон… несколько гастролей в США. Сюда он привозил спектакли Театра марионеток, здесь поставил свою пьесу «Запрещенное Рождество, или Доктор и больной», написанную для Танцевального фонда Барышникова в Нью-Йорке и с Барышниковым в главной роли. (Роль такая: человек сходит с ума, он «превратился» в красный автомобиль и стал абсолютно счастливым. Барышников свою роль, естественно, танцует…) спектакль состоялся в Миннеаполисе, позже в Линкольн-центре, на фестивале Сполетто в Чарльстоне. Четвертый год восторженные рецензии — забыть не могут! И на «Забытое Рождество», на кукольные «Осень моей весны» и «Сталинградскую битву».

Спектакль «Сталинград» родился у Габриадзе из того, что в 1940 году на войну из 80 тысяч жителей его родного города на фронт ушли почти 20 тысяч мужчин, многие погибли под Керчью, кто-то дошел до Берлина, но большая часть пала при обороне Сталинграда. «Когда был на Мамаевом кургане, я читал на бесконечных поминальных досках фамилии моих земляков, — говорил Габриадзе в одном из интервью, — поэтому подзаголовок спектакля “Реквием” носит для меня очень личный характер».

В России Габриадзе получил Государственную премию, две «Маски» и «Триумф». Во Франции он кавалер ордена Литературы и искусств Французской республики, и еще он лауреат театральных фестивалей всего мира, на которые его приглашали.

Как может обрести всемирную известность крохотный театр, в котором помещаются восемьдесят человек? Создатель этого театра неожиданно, заново и вручную реализовывал вспышки реальности. В его театрик влюбляются и передают эту любовь соседям, детям, дальним родственникам и близким друзьям. Когда в прошлом году Тбилисский театр марионеток отправился с тремя спектаклями в Пермь, я предупредила своих друзей и родню, чтобы они позвонили своим друзьям… несмотря на отсутствие рекламы в городе, на трех спектаклях побывали несколько тысяч человек. А одна немолодая женщина, живущая в Белогорском монастыре под Кунгуром, не видела в Перми «Рамону», так она в плацкартном вагоне в Москву приехала. Сутки сюда, вечер в Москве и сутки обратно. Посмотрела. Поплакала. И, счастливая, укатила в свое Белогорье.

Один критик назвал все, что делает Резо, искусством элитарным: театр маленький, выставки редки, книги, которые он иллюстрирует, выходят небольшими тиражами… Искусство Габриадзе, может, и не для всех. Но для каждого!

В самом массовом из искусств — кино — с Резо Габриадзе ничего оглушительного из арсенала массмедиа тоже как будто не происходило. В тбилисском Доме кино на премьере фильма «Кин-дза-дза!» зал был набит, но громкого успеха не произошло. Смотрели до странного тихо, я бы даже сказала, с недоумением. Когда фильм закончился, первой к автору сценария подошла великая грузинская актриса Верико Анджапаридзе. Сказала что-то по-грузински громко и отчетливо, и Резо просветлел лицом: ей понравилось!.. Вот и весь успех.

Но уже почти тридцать лет фильм «Кин-дза-дза» сценариста Габриадзе и режиссера Данелия не сходит с экрана. И смотрят его молодые зрители все внимательней и серьезней. В нынешнем мире гигантомании на каком-то немыслимом по отваге, но легком, как полет птички, творческом вираже Резо Габриадзе низвергает нас в настоящий, потерянный человеческий масштаб. В нашу реальность, которая есть счастье.

В Питере на Морской, неподалеку от Дома Набокова, бар «Гравицапа». Заходим. Два юных рокера ругаются у барной стойки. И как последний довод: «Кю!!!» Это универсальное на планете Плюк ругательство, как и весь короткий, но полный ее словарь придумал сценарист Габриадзе. Так вот, этот язык живет, вошел в русский лексикон первого века третьего тысячелетия.

Легкий рисунок пером на случайном листке — «Альрабета Пушкин», изящный шрифт из тростей и цилиндров. Лет пятнадцать назад Резо Габриадзе принес его вместе с другими рисунками в больницу тяжело заболевшему другу Андрею Битову. Недавно вышла книжка Андрея Битова «Багажъ», в которой обложка и главы со шрифтом из этой «Альрабеты». И иллюстрации в книжке — рисунки Резо Габриадзе. «Багажъ» возник когда-то как аббревиатура: Битов, Ахмадулина, Габриадзе, Алешков-ский, Жванецкий. В разные годы Андрей Битов писал о своих близких друзьях, а теперь это книга. В ней два блистательных эссе о Резо.

Все, что делает Габриадзе, родилось из жизни и любви. Как сюжет о паровозах — Эрмон и Рамона, полюбивших друг друга. У маневрового паровозика Рамоны есть лицо, это портрет жены Резо, Елены Захаровны… с какой же постоянной и единодушной охотой его кукольные спектакли «озвучивают» своими голосами лучшие актеры: Рамаз Чхиквадзе (первый исполнитель роли птички Бори-Гадая в «Осени моей весны»), Чулпан Хаматова (маневровый паровоз Рамона), Сергей Гармаш (локомотив-орденоносец Эрмон).

Артист Габриадзе еще и зодчий: театральная башня построена Резо по его проекту и собственноручно вместе с тремя каменщиками. Башня эта будто сделана из обломков Византии. Все в ней — от часов с боем, до ангела, выходящего посмотреть на Тбилиси утром и вечером, — работает, действует, смешит, восхищает, греет душу. Она живой памятник Византии. А Византия для Грузин и русских — общая бабушка… в Кутаиси в предвоенные, военные и послевоенные годы рос мальчик, шлялся по бульвару мимо театра, любил черно-белое кино, читал книжку про титанов возрождения, учился рисовать и лепить… его первым учителем был скульптор Валико Мизандари. Судьба учителя легла потом в основу фильма «Необыкновенная выставка», а его имя, уже по фильму «Мимино», теперь знают все.

Оттуда, из детства в Кутаиси, многие персонажи, сюжеты, интонации: паровозы, грохот тяжелых составов и огоньки на железнодорожных путях, репродукторы, вести с фронта, несчастная любовь и счастливая любовь, старые путеобходчики, гибель, разлука, надежда на встречу, муравьи, обитающие в пыльной траве у дороги… ни цвет, ни музыка, ни запах, ни любовь, ни отвага детства не иссякают в старом мастере. Потому его искусство — для каждого.

Поэт Резо Габриадзе понимает поэтов! Его огромные графические и живописные циклы посвящены Пушкину и Галактиону Табидзе. Габриадзе умеет передать не только их живой достоверный образ, их походку, их страсть, но и новое прочтение их поэтического наследия.

Все жизненные впечатления прорастают у Габриадзе в рисунки, в живопись, в скульптуру, в слова — на бумаге, в театре, в кино… все пускает живые побеги в самые изысканные и самые простые вещи — в смех, в слезы, в память, в легенду.

На изображениях:

Башня перед театром марионеток Резо Габриадзе. Тбилиси. Архитектор и художник Резо Габриадзе

Ангел выходит на балкон театральной башни и бьет в колокол дважды в день

Фриз башни. Сотни керамических плиток, расписанных Резо Габриадзе

Черно-белое кино для разноцветной публики. Холст, масло

Сцена из спектакля Тбилисского театра марионеток Резо Габриадзе «Сталинград»


Текст Анна Бердичевская

Фото предоставлены автором

Материал читайте на страницах журнала «Декоративное искусство» #6/417

Комментарии

 

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если Вы еще не зарегистрированы.

 
  
       
События
Критика
Проекты
Книжная полка
КультМедиа
Мастерская художника
Арт Трэвел
 

Artproject. г. Москва, ул. Крымский Вал д.8 стр 2 тел.: +7 499 230 37 39
© Copyright 2009-2016 Материалы и фотографии разрешается использовать только со ссылкой наwww.fondartproject.ru

follow artproject on:

Разработка сайта www.krable.com