Артпроект - Главная
о фондепроектыжурналыиздательствоконтакты
Русская версияEnglish version

 

 
01.06.2011

От искусства к фильмам и назад

Джулиан Шнабель в галерее искусств Онтарио

В 27 лет уроженец Бруклина, будущий художник и кинорежиссер Джулиан Шнабель совершил переворот в мире искусства своими картинами из разбитых расписанных тарелок. Это произошло в 1979 году, когда нью-йорский фондовый рынок переживал кризис и требовал всё больше денег, статусности, престижности. Открытый галеристом Мэри Бун, когда он работал поваром в небольшом ресторанчике в Сохо, Шнабель уже на второй своей выставке получал заказы от 5-6 коллекционеров. Уставшие от минималистских установок мир искусства, дилеры возлагали надежды на новое явление – Поллока 1980-х. Высокомерного, порывистого, амбициозного, готового к канонизации Шнабеля заметили Лео Кастелли, Чарльз Саачи и Бруно Бишофбергер. Укрепивший свою репутацию в 1980-е со 100 персональными выставками, участием в Биеннале Уитни и Венеции, Шнабель был вне конкуренции. И сразу был атакован арт-критиками. Один критик сравнивал манеру написания его картин со стилем игры Сильвестра Сталлоне: «…свободный показ масляных нагрудных украшений». Другой повторял: «Творчество Шнабеля – визуальный эквивалент еды, найденной в отбросах».

В конце 1980-х в США слава Шнабеля померкла. Но он продолжал писать картины, обновлять и декорировать дома и к удивлению для всех начал снимать фильмы. Вскоре у него было две бывших жены, пять детей, два дома. Он снял пять фильмов: «Баскья», 1996; «Пока не наступит ночь», 2000; «Берлин», 2008; «Скафандр и бабочка», 2007, получивший Золотой глобус и награды на Каннском кинофестивале. Как лучший режиссер, он был номинирован на Оскара. Последний фильм Шнабеля «Мираль» снят по мотивам книги журналиста Рулы Джебриэл, красивой женщины, с которой он состоит в любовной связи. Фильм рассказывает историю израильско-палестинского конфликта, с точки зрения четырёх палестинских женщин. Недавно премьера состоялась на кинофестивале в Венеции и Торонто. Вряд ли Шнабель завоюет друзей с подобной пропалестинской тематикой фильма.

Выставка «Джулиан Шнабель: искусство и кино», январь 2011, в Галерее искусств (Музее изящных искусств) Онтарио, филиала МоМА, - самая крупная ретроспектива с 1987 в Музее Уитни, как второе пришествие художника.

Куратор Дэвид Мос так выстроил выставку, чтобы восстановить пошатнувшуюся репутацию Шнабеля в мире искусства, чье творчество было забыто. Он нашел способ показа его работ обычной публике, более знакомой с его фильмами, нежели с искусством. Демонстрируются 60 картин Шнабеля от «Нормы», 1975, до современных работ, связанных с интересом художника к кино. Это прослеживается в его картинах, скульптурах и фотографиях, в которых он обращается к актерам, режиссерам и их фильмам как «Нищий» Пазолини.

Интерес к кино восходит к детству, проведенному в Бруклине. «Подобно живописи, переход к фильмам для меня был бегством от обыденной повседневной жизни дома» – сказал Шнабель в интервью со мной перед открытием выставки.

Странно, несмотря на большой размер некоторых холстов и тот факт, что произведения демонстрируются на 5 этажах музея, крайне личностная природа многих работ дает зрителям интимный опыт.

Первая картина, которую вы встречаете, прогуливаясь по выставке «Вход в последнюю маслобойню (для Романа Полански)», 2010. Хотя я и не стремился узнать, о чем она и что изображает, яркая фигура на картине в безумных цветовых сочетаниях, выполненных в манере Фрэнсиса Бэкона, крайне возбуждает и выглядит очень живой.

На выставке демонстрируются всего две картины Шнабеля из разбитых расписных тарелок. Однако они не вызывают такого ажиотажа, который рождали, когда впервые показывались публике и совершили переворот в мире искусства. Возникает ощущение анахронистической странности.

Также непривлекательным, хотя и проливающим свет на уважительное отношение художника к Марлону Брандо, выглядит зал Брандо, где можно видеть шесть больших, похожих на плакаты фотографий, которые он купил на распродаже имущества актера. Брандо предстает на них в длинноволосом парике, в шутливом настроении во время съемок комедии «Сладкоежка», 1968. Распределяя спреем  краску, смолу и тушь на поверхности этих фотографий, Шнабель превратил их в собственные творения, трансформировав снимки в картины. Впервые те же самые фотографии появились в фантастической сцене в фильме Шнабеля «Скафандр и бабочка», 2007.

В другом небольшом зале демонстрируются портреты Шнабеля, включая автопортрет из коллекции Джонни Деппа. Несмотря на вычурные рамы, написанные в гладкой манере, пожалуй, слишком яркие и нервозные, портреты вовсе не плохи. Рула Джэбриэл, нынешняя возлюбленная Шнабеля, автор книги про то, как он снимал фильм «Мираль», изображена одетой в то же платье, что носила актриса Эмма де Кон в фильме «Скафандр и бабочка». Самый неотразимый – «Портрет Энди Уорхола», 1982, написанный на черном бархате за 2 сеанса и 5 часов. Без рубашки, похожий на призрака, Уорхол выглядит более возбужденным, чем в жизни. Скорее это потустороннее существо, чем человек из плоти и крови.

В трех больших картинах 22х22 фута (7.3х7.3 метра) Шнабель возвращается к теме корриды. Написаны в 1990 специально для демонстрирования в Квадратном доме, древнеримском храме в Ниме. Три холста, вырванные из предназначенного для них пространства, напоминают эпические фильмы, которые появляются на маленьком телеэкране. И порождаемое ими чувство удивления исчезло. И мы оказывается перед тремя, очень большими, мало интересными абстрактными картинами, которые большое значение имеют для художника, чем зрителя. Но в этих картинах есть одна любопытная вещь: неожиданным и уникальным образом сделанная, хорошо известная подпись художника. «Я взял скатерть со стола и погрузил её в масляную краску, растворенную с большим количеством скипидара. Затем швырнул скатерть на картины так, чтобы всё в этом отпечатке напоминало гравюру, сделанную с помощью погружения большого куска ткани в краску и швыряния ее на холст».

Мне запала в голову очаровательная, непретенциозная картина, одна из четырнадцати, написанных Шнабелем для серии «Картины. Большая девушка», 2001 – «Большая девушка без глаз». На холсте 14х12 футов (4,6х4 метра) изображена молодая блондинка в синем платье. Она смотрит так, как если бы ей позволили видеть, устремив глаза прямо на нас. Однако художник лишает ее зрения, закрывает нам доступ в картину, пишет длинную черную полоску, скрывающую ее глаза. Хорошо прочитывается намерение автора как по отношению к этой картине, так и ко всей  выставке. Это сделано идеально, гипнотическим образом:  заставить зрителя посмотреть на картину и увидеть ее не глазами, а проникнуть в нее на интуитивном уровне.

С кинематографической точки зрения, самые поразительные работы на выставке – «Картины для Малика Жуаё и Бернардо Бертолуччи У и У1», две огромные черно-белые фотографии из серии «Серфинг», 2006. Добавляя мел и тушь к полиэстеру на холсте, Шнабель превращает обычную фотографию в захватывающую серфера гигантскую волну. В этом можно усмотреть аналогию с превращением написанного сценария в фильм – своего рода захватывающая прогулка, которая логическим образом приводит нас к холсту, проникнутому мощной энергией. Неплохое завершение для возвращения Шнабеля.

Интервью Эдварда Рубина с Джулианом Шнабелем

Э.Р. Вас причисляют к группе неоэкспрессионистов, утверждают, что вы восстали против минималистических установок. Это так?

Д.Ш. Вовсе нет. Я считаю Дональда Джадда и Дэна Флавина блистательными художниками. Но я работаю в другом направлении.

Э.Р. Вы приехали в Бронсвиль, в Техас, где изучали приливы и отливы в рифах Мексиканского залива.

Д.Ш. Там нет рифов. Есть песчаные острова. Я начал заниматься серфингом в Техасе в детстве, затем на Гавайях.

Э.Р. Вы придаете большое значение воде. Это прослеживается в картинах, скульптурах, фильмах. Картина 1981 года называется «Море». Ваш фильм-концерт «Берлин» открывается и закрывается стремительными потоками воды.

Д.Ш. Океан и море очень важны для меня. На выставке об этом свидетельствует картина «Шуша». Я ее написал в 1975. И первый образ, который вы видите в одноименном фильме Де Сика, – изображение моря.

Э.Р. Я читал много статей, в которых критики писали о вас безобразные вещи. Полагаю, эти нападки были против вас, а не вашего творчества. Почему вы начали снимать фильмы?

Д.Ш. На выставке много разных версий, какой может быть картина. В какой-то момент в моей голове произошел сдвиг, я ощутил себя рассказчиком и начал снимать фильмы. Когда ко мне приходят зрители, а вы пишите не картину, а показываете им фильм, они говорят: «А что случилось с картинами?» Почему вы перескакиваете с одного на другое? За вами не угнаться. У каждого свой путь, вовсе не обязательно совпадение интересов с другими. Если ваша работа не нравится публике, на краткий миг это может быть проблемой. На более длительный период это не важно, потому что художник делает свою работу.

Эдвард Рубин, специальный корреспондент из Нью-Йорка

Перевод с английского В. Хан-Магомедовой

Комментарии

 

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если Вы еще не зарегистрированы.

 
  
       
События
Критика
Проекты
Книжная полка
КультМедиа
Мастерская художника
Арт Трэвел
 

Artproject. г. Москва, ул. Крымский Вал д.8 стр 2 тел.: +7 499 230 37 39
© Copyright 2009-2016 Материалы и фотографии разрешается использовать только со ссылкой наwww.fondartproject.ru

follow artproject on:

Разработка сайта www.krable.com